Share:

Эра Самодержавия. Пополнение мира музыки потрясающими треками.

Необходимо чаще проводить генеральную уборку. В доме, в шкафу, в голове. Скопившийся балласт часто мешает идти дальше, ну и, его желательно утилизировать, чтобы он не преграждал путь и не сковывал тело, ограничивая свободу действий.

Генеральную уборку в мыслях я проводил накануне. Как раз, вчера мне захотелось включить музыку, чтобы она разливалась приятными потоками по всему пространству дома, лечь на пол, расстелив плед, и подумать о себе. Так как, мне ничего не препятствовало, я исполнил задуманное и, оказавшись в горизонтальном положении, устремив задумчивый взгляд в потолок, принялся бродить по закоулкам своей памяти и наводить в них порядок.
Я прожил не так много, если быть честным, и всё это время я пытался соответствовать ожиданиям окружающих. Разве это честно и правильно по отношению к себе? Не думаю. Я вспоминал, как рвался вперёд, преследуя благие намерения, пытался вписаться в рамки, чем подавлял то огромное, что рвалось из меня. Я всегда знал, что мои внутренние существа всегда рядом, они снаружи. Я никогда не ограничивал их в свободе, но, следуя за стандартами общества, я закрывал каждую из частей моего внутреннего мира в себе, не давая им права голоса. Я вспоминал, как плевал на свои предпочтения, угождая понятиям нормы. Плевал на свои интересы, стремясь к заполучению престижного лейбла.
Только вот, вовремя одумался.
Оно мне надо — петь о том, что мне не интересно; доносить до своих слушателей вещи, о которых я не хочу говорить; продвигать то, что не особо достойно быть распространённым в широких массах? Вчера я понял, что хочу быть искренним со своими слушателями, показывать им себя настоящего.

А сегодня, во время генеральной уборки дома, я принял звонок от члена звукозаписывающей студии, и отказался от сотрудничества. Я смотрел на своё отражение в зеркале, и улыбался, слушая крики из трубки о том, что я пропаду в мире шоу-бизнеса. Пусть. Я не стремлюсь на вершину. Лучше, я буду настоящим.
Закончив разговор, я подошёл к зеркалу и пригляделся. Я точно уверен, что уже протирал его, а после, не притрагивался, тогда, откуда на его поверхности отпечатки пальцев? Попытки оттереть их не увенчались успехом, а когда я присмотрелся получше, то понял, что эти отпечатки оставлены кем-то, с другой стороны зеркала.

— Лоик! — я отскочил, в ужасе, наблюдая за парнем, с той стороны. Он очень похож на меня, только в глазах его бушевал страх, а лицо исказилось гримасой неподдельного ужаса. Парень приложил руки к зеркалу и смотрел в мои глаза. — Что ты делаешь, Лоик?
— У меня тот же вопрос, — я кивнул пару раз, после чего, зажмурился и тряхнул головой, надеясь, что, открыв глаза снова, я никого не увижу. Чуда не произошло. Зеркальный Лоик, всё ещё, испытующе, смотрел на меня.
— Лоик, ты не должен этого делать! Зачем ты отказался от сотрудничества? Ты пропадёшь, если будешь изливать собственный мир в песни! Ты потеряешься! О тебе забудут! Никому не нужна твоя честность! Ты потеряешься!
— Неужели? — ответил я парню, смотрящему на меня глазами, не отражающими ничего, кроме страха и гнева. — Возможно, я потеряюсь. Зато, я не потеряю себя. Моя честность нужна мне. И, даже, если слушатели отвергнут мои слова, я буду готов потерять их, лишь бы не терять себя. Слишком долго я подстраивался под чужое мнение и следовал общепринятым нормам. Достаточно!
— Нет, Лоик, — не унимался парень за стеклом. — Ты ничего не понимаешь. Тебя могут высмеять, тебя будут критиковать, ты будешь неизвестным и никому не нужным, после чего, канешь в лету. Такой исход тебе нравится? Остановись, пока не поздно. Прошу тебя. Не разрушай своё будущее!
— А не пойти бы тебе в задницу? — покричал я, резко прислонив ладони к поверхности зеркала, заставляя зеркального Лоика дёрнуться назад. — Я остановил разрушение самого себя, когда понял, что не хочу больше подстраиваться под каноны! Я остановился, и рад этому! Меня могут высмеять, меня будут критиковать, но это и есть цена прогресса! Я не изменю себе, а это уже значит, что я не потеряюсь в этом мире!
— Ты ломаешь свою жизнь! — прокричал парень по ту сторону стекла так громко, что зеркало задрожало.
— Нет, — твёрдо ответил я. — Но, с удовольствием, сломаю жизнь тебе, прежний Лоик!

Я резко дёрнул зеркало на себя и отошёл в сторону, наблюдая за тем, как оно соприкасается с поверхностью пола и разлетается на миллионы зеркальных крупиц.

Уже ничего не будет так, как прежде. Зеркала всегда врут. Я не хочу, подобно Нарциссу, потеряться в погоне за красотой и выдуманными идеалами.

Я уже не тот Лоик. И я готов вступить в новую эру. Эру Саможержавия.

Permission to comment denied

Cancel call Close ()

Calling...