Share:

Эпоха Второго Распада?

В глобальной истории человечества есть эпохи, которые по справедливости называют “переломными”. Многие из ныне живущих помнят то, что происходило в мире в 1989-1991 годах, т.к. сами были современниками и свидетелями происходящего.


Масштаб изменений, через которые тогда прошёл мир, действительно поражает. Он сравним разве что с последствиями Первой мировой войны, обрушившей четыре великие империи и создавшей на их месте десятки новых стран.


Сопоставление двух указанных исторических моментов - Первой мировой и 1991 года, было бы не так интересно, если бы не знание того печального факта, что спустя два десятилетия за первой великой войной следовала Вторая мировая война (1939-1945 гг), которая оказалась поразительно похожей на неё не только по своему предельному антигуманизму, технократизму, разрушительному характеру и количеству принесённых жертв, но и (в некоторой мере) по конечным следствиям.


История повторилась, но отнюдь не в виде фарса, а в виде ещё большей трагедии.


Очевидно, повторение схожих сюжетов - это свойство человеческой истории. В этой связи, мнение о том, что те или иные события и тренды прошлого отчасти способны предвосхищать будущее, не лишено оснований.


Начиная с 2010-х гг. многие аналитики, интересующиеся социальными и историческими процессами на просторах Евразии, всё чаще задаются вопросом: повторит ли Россия в будущем сокрушительный сценарий демонтажа империи? Ждёт ли её период “второго распада”? Иначе говоря, грозит ли “дорогим” россиянам в ближайшие годы нечто подобное краху СССР со всеми вытекающими?


Сразу сделаю оговорку. Мы воздержимся от субъективных и вообще от любых политически пристрастных точек зрения. Они ненаучны. Обратимся к научному методу и сопоставим некоторые очевидные факты.


Начну с банальности. История развивается по спирали, а следовательно не может избежать определённой повторяемости явлений.


Но самое любопытное, что на каждой стадии развития, а именно - в самой её середине, мы констатируем соответствующее концептуальное повторение черт революционного момента (”дежавю”). То есть того момента, который, собственно, и закладывает основание данной стадии.


Тридцатилетняя война (1618-1648 гг), окончившая этап феодализма в Европе - эхо Столетней войны, которая открывала великую эпоху Возрождения.


Либеральный сюжет Великой Французской революции 1789 г. отчётливо повторяется через 60 лет в европейских революциях 1848 года.


Первая Мировая война 1914-18 гг. имеет явную отсроченную аналогию во Второй мировой войне 1939-1945 гг.
Такая регулярная повторяемость естественным образом подводит к довольно тревожному умозаключению.


В самом деле, современная стадия в истории человечества открывается революциями 1989 -1991 г. в Восточной Европе, кульминацией которых стал распад СССР.

alt

Экстраполяция показывает, что в том или ином виде повторение логики и глобального сюжета Перестройки 1985-1991 гг. (со всеми её “распадными” процессами деструкции и диссоциации государств ) неизбежно. А значит, эпоха “второго распада” на постсоветском пространстве (а возможно - и ещё шире) - это, как минимум, наиболее вероятное будущее.


Но “второе” не есть точное и буквальное повторение первого. Это повторение первого на новом диалектическом витке.


Знание фазового цикла позволяет судить, что “второй” всегда шаг завершает и резюмирует действие, которое осталось недоделанным на первом шаге. И тут работает “правило усиления”.


Так, революции 1848 года в Европе завершали дело Великой Французской революции 1789-1794 гг.


Вторая Мировая война (1939-1945 гг) оформила и закрепила эволюционные результаты Первой мировой войны.


Началом нынешней социальной фазы развития, как мы знаем, приходится считать события 1989-1991 годов. То есть распад “восточного лагеря” и крах Советского Союза с его тоталитарной идеологией.


Отсюда видно, что предвидимый “великий распад” 2020-х ( ???) гг в том или ином виде оформит результаты “большого распада” 1989-91 гг.


В ходе последнего, между прочим, возникла современная Россия (Российская Федерация), что не следует упускать из виду.


Разумеется, “Второй распад” не может быть идентичен первому распаду, хотя бы потому, что СССР давно не существует, а Россия представляет собой государство совершенно иного типа. Так что справедливо говорить лишь о косвенной аналогии.


Одно, впрочем, совершенно очевидно. Окончательно уйдёт НЕЧТО, что характеризовало предшествующую стадию развития и что не успело до конца уйти даже в результате либеральных революций 1989-1991 гг. И этим “нечто” является советское общественное сознание, которое продолжает довлеть над умами россиян. И определять тип поведения людей на всех уровнях отношений.


Но что же случится с самим государством, с его границами? Изменит ли оно формат? Сохранит ли имеющееся название? Сохранится ли вообще?


В сущности, это уже детали, которые менее интересны по сравнению с вышеприведённым пунктом.


За исключением, правда, одной. Многие макроисторические тенденции указывают на то, что государственный формат существования (не только в России, но в мире в целом) доживает последние годы. И здесь мы вынуждены сместить ракурс с регионального контекста на общепланетарный.
Приближается то, о чём предупреждали многие социологи ещё в 90-е гг - конец Вестфальской концепции суверенитета.


Собственно, предыдущий “Большой распад-1” уже характеризовался мощнейшим ударом по принципу суверенного государства. Удар этот был нанесён с двух сторон. С одной стороны, совершился распад СССР -последней крупной империи. С другой стороны, случилось образование Евросоюза, который служит наглядным и успешным примером десуверенизации - делегации национальных полномочий на наднациональный уровень.


В этом смысле, если проводить сравнения с Первой и Второй мировыми войнами и т.д., то приближающийся “Второй распад” идёт ещё дальше.


Вполне возможно, что уже лет через 10-15 ( или даже ещё раньше ) мы будем жить в мире, в котором само понятие “государство” (в привычном для нас смысле) окажется неактуальным. Так что, как это ни фантастически звучит, не приходится исключать того, что грядущий “Большой распад-2” будет иметь глобальное значение для человечества и совпадёт вообще с исчезновением института государств и многих других привычных институтов.


Какие признаки указывают на то, что мы уже хронологически очень близки к нему? Опять-таки, кричащие аналогии. А их масса.
Выделю некоторые.

Начать же хочу с главного признака.


1. Нынешний коронавирусный кризис с его идеей самоизоляции- это триггер “нового мышления” и наступающей новой социальности.
Не грех вспомнить, что с точки зрения социальной истории распад СССР знаменовал не просто распад большого государства - последней империи , но и ликвидацию коллективистского общества. И становление общества индивидуалистического, которое пришло ему на смену.


Социологический смысл предыдущей Перестройки состоял в том, что всё частное, индивидуальное, личностное, выходило на первый план, а коллективное подвергалось обструкции.


Схожую тенденцию мы видим и сегодня. Суть философии самоизоляции - это десоциализация общества, отказ от коллективных взаимодействий, обструкция коллективности как таковой. Только теперь это переход от обычного индивидуализма к гипер-индивидуализму. От атомизации - к суператомизации. От самовыражения - к сверхсамовыражению. От частной самоорганизации и частной инициативы - к частной самодостаточности и самообеспечению.


Любопытно, что предыдущему Большому Распаду 1989-1991 гг. тоже предшествовала социально-значимая эпидемия, которая предельно волновала умы человечества в 1980-е гг. Я имею в виду эпидемию СПИДа.


Поворот лицом к медицине, небывалый рост интереса к человеческому телу, здоровью и биологии вообще к тоже имел место в 80-е и 90-е. Теперь всё повторяется, только в намного более преувеличенном и более серьёзном варианте.


Отметим, такое совпадение индивидуализации с биологизацией неслучайно. Оно объясняется тем, что индивидуальное начало человеческой особи как раз и сконцентрировано в биологическом контуре личности. В данном случае, “индивидуальное” и “биологическое” - слова синонимы.


Набросим штрихами частные аналогии поменьше. Впрочем, они тоже показательны.


2. Разгорающиеся события в Белоруссии (Беларуси) летом-осенью 2020 г. очень напоминают (даже на уровне настроения и используемых символов, и даже песен и гимнов) то, что происходило в Польше в период с 1980 по 1989 г.


3. Новое крупное обострение в Закавказье (Армении), недавняя революция в Киргизии, явным образом отсылают к Карабахскому кризису 1988-1994 гг, событиям в Средней Азии в период Перестройки.
И вообще, нельзя не отметить, что последние годы отмечены таким же выраженным ростом брутального “пещерного” национализма и межнациональных противоречий в мире, какой был характерен для второй половины 1980-х годов, т.е. как раз в канун распада СССР.


4. Как и в 1980-х гг, Россия ведёт внешние локальные войны не на собственной территории ( пример - Сирия ). И находится в режиме идеологической “холодной войны” с Западом. И испытывает внутренний системный кризис, связанный с отсутствием своевременных реформ. И воспроизводит всё те же позднесоветские паттерны.


5. Крупнейшие экологические катастрофы нынешнего года и степень внимания к ним поразительным образом похожи на тот дискурс, который имел место тридцать лет назад.


Итак, перейдём к выводам. Мы стоим на пороге великой переломной эпохи, которая, в некотором смысле, подводит черту под тридцатилетним периодом 1991-2020 годов. И означает транзит не только нашей страны в частности, но и человечества в целом в кардинально новое качественное состояние.


Второй “Большой распад” ведёт к окончательной индивидуализации общества, прологом которой можно считать концепцию самоизоляции. Сегодняшняя пандемия Covid-19 - всего-лишь спусковой крючёк великой перестройки. Так что самоизоляция - это не просто медицинский феномен. Это новая парадигма и новый режим существования общества, который является наивысшим воплощением индивидуализма.


Применительно к Евразии и России в частности, Второй “Большой распад” подводит черту под постсоветской реальностью, сохранявшей ещё остатки коллективистского и патерналистского мышления - эти остатки будут ликвидированы.


Применительно к миру и всему человечеству, он подводит черту под реальностью, сложившейся по итогам Второй Мировой войны.


И обостряет до абсолютного предела те магистральные социальные тенденции, которые только впервые наметились и обозначились в ходе перестройки рубежа 1980-х-1990-х гг, но не были завершены.


Говоря о “Большом распаде”, не стоит упускать из виду, что центральным процессом “Большого Распада-1” была глобализация, ознаменовавшаяся падением “железного занавеса” и переходом мира из режима закрытости к гораздо большей открытости и проницаемости границ.
Результатом “Большого распада-2” становится не просто гибель отдельных стран и конец института национальных государств (а именно это является одним из его последствий, что отчётливо видно сейчас) , но и окончательная десоциализация, индивидуализация и биологизация общества.


Я сказал, что по всей видимости глобальные события 2020-х гг. будут перекликаться, а отчасти - на подходе уже перекликаются, с событиями 1989-1991 гг. Действительно, во всех сферах (не исключая даже технологической) мы будем наблюдать схожие или весьма близкие сюжеты.


К ним уместно отнести и новый виток экологизации сознания, и “вторую компьютерную революцию” (на этот раз - становление Искусственного Интеллекта), и новую виртуализацию пространства (аллюзия игровой революции 90-х), и вторую медицинскую революцию, второй виток развития генной инженерии, открывающий возможности уже полноценного и всестороннего искусственного вмешательства в человеческую природу.

Подчеркнув сходства, следует сказать и о важных отличиях.
Каждое “дежавю” не только воспроизводит нечто в усиленном варианте (довершает имеющееся), но и выходит за пределы того, что им создано.


Великая Французская революция 1789 г. не породила принципиально новой великой социальной идеи, но была как раз воплощением, практической реализацией той либеральной идеи, которая вызревала в течение предшествующих 150 лет, отделявших её от Английской революции 1649 г. В этом плане, Мирабо и Робеспьер были идейными наследниками Джона Локка и первых либералов 17 века.


Напротив, европейские революции 1848 г. породили марксизм - идею, которая будет владеть умами ещё почти 150 лет. Аналогично, и Вторая мировая война (её окончание) совпадает с возникновением современной идеи “потребительского общества” и “потребляющего индивида”.


Резюме: “Большой распад” 2020-х гг. также ознаменуется рождением принципиально новой глобальной идеи, которая, в свою очередь, должна сменять идеологию потребления. Идее, которая, в свою очередь, отсылает к следующей фазе развития и предвосхищает её.
Последовательность качеств чётко показывает, что такой идеей является идея абсолютного саморазвития личности, понимаемая как причастность каждой личности всеобщему потенциалу.

Permission to comment denied

Cancel call Close ()

Calling...