Share:

"Золотой век" Социологии

Превосходные успехи науки в познании объективных законов естественной среды побудили уже в позапрошлом веке ученых и философов к поискам аналогичных законов социального бытия. Но первоначальная волна позитивстского воодушевления должна была быстро сойти на нет, когда обнаружилось, что функционирование Общества не поддается «укладыванию» в строгие механические закономерности, которые наблюдаются, скажем, в физике, астрономии, геологии, химии или даже в биологии. Предпринимавшиеся искусственные попытки отыскать строгие математические формулы социального взаимодействия, схожие с формулами Галилея, Кеплера, Ньютона, Эйнштейна и т.п, потерпели неудачу, и неслучайно.


Уже на исходе позапрошлого столетия некоторым проницательным умам стало отчетливо ясно, что сфера поведения людей сильно отличается от сферы предметов объективной реальности, и едва ли сводима к последней.
Немецкий историк культуры, литературовед и философ-идеалист Вильгельм Дильтей ( 1833-1911 ) был первым человеком, осмелившимся резко и внятно противопоставить «науки естественные» «наукам о духе».
По мнению другого немецкого философа и социолога Георга Зиммеля (1858-1918) исторический процесс обусловлен «судьбой», в отличие от Природы, в которой господствует принцип причинности.


Таким образом, накануне Первой Мировой войны по объективизму был нанесен первый существенный удар. С высоты сегодняшнего дня, не грех признать, что Дильтей и Зиммель рядом аргументов указали верное интеллектуальное направление, по которому должны были двигаться гуманитарные науки, положив начало знаменательному разделению объективной и субъективной сферы. Однако, социология ХХ в, все же, пошла по другому пути. Почему? Вероятно, причину этому ходу событий следует искать в силе инерции.
Каждая эпоха склоняется к своему подходу познания мира, который и является доминирующим в данный период. И ХХ век, как и два предшествующие, оказался несчастным «заложником» глубокой колеи, проторенной еще в период Возрождения.
Следовательно, пора «золотого века» социологии отодвигалась еще дальше в будущее.

Что ж, резюмировав данный факт, попробуем определить: к каким центральным выводам мы должны придти, развивая и продолжая идеи Дильтея и Зиммеля. Хочется подчеркнуть, что сами выше названные авторы не формулировали их с достаточной точностью, а только подразумевали их.
Основные умозаключения, отсюда вытекающие, сводятся к следующему:

Культура человеческая –она же «вторая Природа» - не подчиняется действию того естественного детерминизма, которому подвержены другие системы мироздания, начиная от атомов, заканчивая высшими животными.
Человек наделен способностью творчества, которое разительно отличает его от всех прочих известных систем (как неорганических, так и биологических), не имеющих данной способности, которое по характеру своему стоит выше необходимости и способно попирать необходимость.
Значит ли это, что развитие культуры не определяется вообще никакими законами?
Нет, не значит.
Здесь тоже действуют СВОИ особые законы. Но- это «законы свободы», а не «законы необходимости», иначе устроенные.


Задача Разума – перерабатывать окружающее бытие, сотворенное до него, то есть переводить его в принципиально новое качество.
Предыдущее бытие прямо подчинялось предопределению. Но Разум, как система творческая, переступает через диктат предопределения. Каждый шаг Разума вперед по магистрали культурного прогресса – суть перешагивание через предопределение естественных законов, отнятие у последних того или иного участка власти.
Космический камень, движущийся астероид не может отклониться от траектории, предначертанной ему гравитационным полем и положением в пространстве относительно других материальных тел.
Обычный живой организм (не homo sapiens) может передать своему потомству только ту информацию, которая заложена у него в генах или которая выработалась в его теле под воздействием изменяющихся внешних условий, приводящих к соответствующим генетическим мутациям.


Человек не запрограммирован необходимостью в полной мере. Он может созидать, изобретать, фантазировать, и передавать приобретаемый опыт негенетическим путем, посредством речи, другим людям.
Творчество нельзя отождествить с программой, которой неуклонно и неотступно следует поведение объектов физического мира. Творчество – продукт свободы, которая недоступна этим объектам.
Но тогда, спрашивается, где же тут закон? В принципе, я уже ответил на сей вопрос.

Закон, как уже было сказано, заключается в последовательной переработке условий внешней среды, результатом которой является нивелирование принципа необходимости. Человек – есть система освобождающаяся. Его конечная цель –обретение абсолютной свободы, полное упразднение предопределения, которое довлеет над обычными материальными системами, включая животных.
Стало быть, «законы свободы», присущие развивающейся культуре, по духу, смыслу и направлению противоположны естественным «законам необходимости». И в то же время, как и у любого закона, у них тоже есть неумолимая логика, которая позволяет развитию быть последовательным, не хаотичным.
Названные мной «законы свободы» раскрываются и реализуются в неуклонном поступательном наращивании свободы в рамках прогресса Разума. Освобождение (эмансипация) от внешних обстоятельств, тех или иных обязательных условий – главный процесс, который вершит восходящее развитие разумной Природы.


Вся история мировой цивилизации представлена чередой актов освобождения, касающегося снятия тех или иных ограничений, преград природного, социального, культурного плана. Параллельно или последовательно эмансипация осуществляется во многих аспектах.
Человек эмансипируется от давления природы.
Человек эмансипируется от давления социума, политики, власти.
Человек эмансипируется от индивидуальной самоограниченности, психической узости.

Перекладывание работы на другого человека –освобождение.


Отмена крепостного права –освобождение.


Перекладывание работы на машину – освобождение.


Изобретение плота с веслами –освобождение, в данном случае –от «привязки» человека к земной тверди.


Изобретение паруса- освобождение, в данном случае- от необходимости использования весел.


Изобретение калькулятора- освобождение.


Изобретение обычного проводного электрического телеграфа –освобождение от затрат времени при передаче информационного сообщения, выход на мгновенность.


Изобретение радиотелеграфа –освобождение схемы мгновенной коммуникации, в данном случае- от проводов.


Изобретение электрической лампочки- освобождение, в данном случае- освобождение полезного света от обязательного присутствия пламени.


Самолет- освобождение.


Выход в космос, преодоление гравитации –освобождение, в данном случае- от земного притяжения.


Отмена внутренних таможенных пошлин (*они были характерны для средневековых феодальных государств) –освобождение.


Уничтожение социального неравенства – освобождение.


Отмена абсолютной монархии, переход просвещенных народов к демократии –освобождение, в данном случае –от деспотизма единоличного правителя, довлеющего над народом.


Изобретение книгопечатания –освобождение от ручного труда переписчиков.


Изобретение Интернета –освобождение от обязательности бумажного носителя.


Внедрение технологий развития личности – освобождение.

Список примеров можно продолжать сколь угодно.

Тогда как необходимость обладает исключающим характером, который противопоставляет ее возможности, делает антиподом последней, освобождение, напротив, отличается характером включающим, который проявляется конкретно в накоплении качеств. Каждое новое свойство соединяет в себе положительные свойства, обретенные в предыдущих актах эмансипации.
Тем не менее, в обыденном сознании понятие «освобождение» ассоциируется с отрицательным процессом. «Освобождение от чего?» -спрашиваем мы. В действительности же, неся в себе начало отрицания, оно служит положительному принципу, и ради него совершается. Этим положительным принципом является принцип обладания, переходящего в бытие. Таким образом, в конечном счете, освобождение служит прогрессу бытия. Понятие это является высшей из мыслимых категорий, выражающих самостояние системы. Получается, что освобождающаяся система (в данном случае мы, конечно, говорим об Антропосфере) наращивает пространство собственного бытия, включая в него те области, которые она ранее не контролировала.
Отрицание, присущее совершенной несвободе и зависимости, является синонимом небытия. И напротив, совершенная положительность равносильна Абсолютному бытию – некому идеальному всеисчерпывающему состоянию, которое подразумевает полную завершенность и самодостаточность во всех отношениях.
Эволюция Разума ориентирована на постепенный отход от «законов необходимости» и переход от них к «законам свободы». Влияние первых еще чрезвычайно сильно на ранних, первобытных стадиях истории общества. Оно делается слабее по мере раскрытия потенциалов культуры, и почти сходит на нет тогда, когда действие культурных сил одерживает окончательную победу над действием объективных факторов.

Permission to comment denied

Cancel call Close ()

Calling...