Share:

Эстетика Будущего.

Как известно, человеческое тело претерпевает крайне ничтожные перемены в продолжение многих веков. Чего не скажешь об одежде, призванной, в частности, прикрывать и украшать внешний вид человеческой особи. Трансформация форм в этой области идет куда быстрее и проявляется порой в весьма ярких «протуберанцах». Однако, и она, как и эволюция всех систем мироздания, подчиняется определенным законам, а следовательно – поддается угадыванию и прогнозированию.
Зная основные контуры прошлого и настоящего, можно краем глаза «заглянуть» в предстоящее, заранее предугадать его силуэт.
У каждой эпохи- свои стандарты и предпочтения. При этом каждая несет печать преемственности по отношению к предыдущей, но также и отличается от нее по некоторым существенным параметрам. Это «стальное» правило диалектики распространяется на все, включая, разумеется, и моду.

Итак, попробуем проанализировать, какие знаменательные направления будут господствующими в глобальной моде ближайших годов и десятилетий.

«РЕНЕССАНС ИЗЯЩЕСТВА». ОТСТУПЛЕНИЕ ОТ ПРИМИТИВИЗМА.

Закономерно, что грядущие модные тенденции человечества в области костюма обусловлены реакцией против засилья устоявшихся стандартов функционального утилитаризма. Ведущим лейтмотивом этих тенденций является обращение к изяществу, согласованному с удобством и предельной функциональностью, а отчасти – и пожертвование последней во имя «революции изящества» и бума украшательства. С одной стороны, наметятся некоторые сдвиги, направленные против излишней простоты и культивируемого аскетизма современного повседневного урбанистического костюма, характеризующемуся стремлением к предельной рациональности и предельной же унификации внешних форм. С другой стороны, и понимание этого аскетизма окажется существенным образом переосмыслено, перенесено в иную социально-эстетическую плоскость.
Для среднестатистического человека рассматриваемого будущего периода подлинная нарядность, элегантная красота, изящество, сопряженное с оригинальностью внешнего облика, станут столь же важными, приоритетными и необходимыми составляющими бытия, как для современного горожанина- практичный функционализм и рациональность той одежды, которую он носит на себе. Но движение к ним будет идти несколькими основными путями, в русле нескольких эстетических концепций или парадигм. Первую парадигму можно условно назвать консервативно-традиционной. Вторую –импровизационно-эклектической. Третью- идеалистической.
Теперь рассмотрим их по порядку.

КОНСЕРВАТИВНО-ТРАДИЦИОННЫЙ «УКЛОН» («КЛАССИЧЕСКОЕ ВОЗРОЖДЕНИЕ»).


Данный ожидаемый сдвиг предопределен естественной потребностью ренессансной реанимации канонических образцов «вечной» классики и может быть рассматриваем как одна из форм протеста против царства торжествующего безликого монотонного утилитаризма, уничтожающего грани между традициями, национальными укладами, возрастами, полами, социальными и т.п. различиями.
В массовой моде произойдет частичная реставрация традиционных ценностей и подчеркнутых старых классических гендерных канонов и различий, которые были старательно изжиты и стерты в предыдущем периоде господства утилитарных тенденций т.н. «унисекса». Так, есть основания предвидеть, что в практический обиход многих (хотя, конечно, далеко не всех) женщин и девушек вновь войдет платье и изысканные аксессуары далеких времен, а в мужской костюм –выверенный строгий стиль, отсылающий к наилучшим классическим образцам и силуэтам середины 20 в. и даже прошлых веков. Таким образом, парадигма описываемой грядущей эпохи строится на существенном возвращении, точнее- реинкарнации на новом уровне, той типичной, основанной на известных стереотипах, гендерной поляризации, которая была почти напрочь отринута в прошлые десятилетия и которая была характерна для традиционного мировосприятия предыдущих столетий.
Нельзя отрицать, что в этом вторичном приходе гендера в повседневный быт будет существенный оттенок нарочитой манерной стилизации, некоторой искусственности и эстетической ролевой игры, участниками которой согласятся стать и станут миллионы людей. Зато тем самым эстетике женственности и мужественности будет придано как бы новое яркое культурно-социальное измерение. Вместе с тем, получит распространение практика коллективной, групповой или ансамблевой моды, когда разнополые представители того или иного сообщества людей, принимают решение сочетаться на фоне друг друга в определенных избираемых ими ярких, эффектных эстетических комбинациях, активно используя «игру контраста» и намеренное выделение демонстрируемых социально-ролевых различий, проявляющихся в разнотипных элементах одежды, в частности, традиционных для представителей мужского и женского пола, молодого и зрелого поколения и т.д. Например, женщина в длинном цветочном платье на фоне мужчин с красными галстуками, одетых в деловые пиджаки и прямые брюки. Или группа юных девушек в строгих багровых, синих, зеленых шелковых и бархатных кружевных платьях, в окружении парней, облаченных в пятнистую униформу «милитари». Подобные контрастные сочетания примечательны и интересны уже тем, что делают целенаправленно акцент на блистающем многообразии и неодинаковости социальных ролей, исполняемых разными членами общества. Ролей, в значительной мере исчезнувших, утраченных, редуцированных и ретушированных в эпоху тотального господства агрессивной, стремящейся к стандартизации «унисекс»-субкультуры. В недалеком будущем общество, руководствуемое запросом на дифференциацию и оригинальность, обречено неоднократно сознательно и инстинктивно возвращаться к феноменам и новым интерперетациям ролевой моды. Внимательное, а иногда- и пристрастное отношение к опыту и ценностям, опробованным и «освященным» временем, к хорошо освоенным стереотипам прошлого, без сомнения, не отменяет свободы эксперимента, стилистический гибкости, пластичности, задорной, иногда- иронической модификации и возможности самых эксцентричных, необузданных коллизий, необычных, странноватых и вызывающих эклектических сочетаний. А также использования неслыханных креативных изобретений.

ИМПРОВИЗАЦИОННО-ЭКЛЕКТИЧЕСКИЙ «УКЛОН».

Параллельно с нескрываемым уважением, культивированием и почитанием старых традиций в Обществе будет возрастать интерес к вольным, подчас –весьма специфичным и экстравагантным, беспрецедентным экспериментам с формой. Игра на резкости, на контрастах – цветовых, текстурных, фактурных, математических, геометрических, станет излюбленным занятием общества технократии, обращающегося к творческому союзу науки и эстетики. Но поскольку большинство базовых форм одежды (от древнейшей туники до современного бадлона включительно) были придуманы и изобретены предками (отцами, дедами, прадедами, пра-прадедами) , человек будущего может проявлять себя преимущественно на поприще эклектизма, допускающего самые экзотические, экзальтированные, прихотливые, вопиющие художественные вариации, спектр которых ограничен лишь фантазией изобретателя. Один из вариантов- уход в трансэпохальный стиль.
Ставка на необузданную эксцентрику допускает, что костюм человека грядущей эпохи может состоять из элементов, заимствованных из разных эпох и удачно соединенных друг с другом. Соблюдение хронологической однородности не обязательно. Ее можно превосходно избежать. Так, рядом с современными джинсами и кроссовками могут гармонично сочетаться стилизованные аксессуары Античности или же аналогичные атрибуты средневекового костюма. На человеке одновременно могут сидеть джинсы и римская туника, обыкновенная толстовка и набедренная повязка вместо шорт, современная куртка и широкополая шляпа 17 века, хлопчатобумажная рубашка и старинное платье, газовая шаль и прозаичный бадлон, ковбойский платок и красочное одеяние инков, кожаный жилет и чулки эпохи Просвещения. Игра со стилями разных периодов, этносов и культур значительно раздвигает горизонт творческой импровизации и креативного выбора нарядных эстетических вариантов.

ИДЕАЛИСТИЧЕСКИЙ «УКЛОН».

Поиск оригинальных решений, поражающих своей необычностью и «кричащей» экзотикой, вовсе не исключает интереса и внимания к истинно завершенной, эталонной красоте. Но ее формулу еще предстоит найти, вывести, рассчитать математически. Такова-то и есть высшая цель эстетики. А посему усилия художественной науки будущего посвящены поиску идеальных сочетаний в области цвета, света, оттенков, формы, общей композиции. Когда же эти сочетания, наконец, будут отысканы и четко описаны на математическом языке, людей охватит идея следования найденному идеальному стандарту.

КРАСОТА КАК СВЕРХФУНКЦИОНАЛИЗМ.

Под «занавес» проводимого исследования, выясним: в чем изначальный смысл красоты?
В провоцировании приятных ощущений.
Идеологи, философы прошлого любили противопоставлять эстетику практичности, намеренно разводя эти два понятия. И напрасно. В сущности, если вдуматься и копнуть чуть глубже поверхностных суждений, выяснится , что истинная красота (понимаемая как приближение к идеальной гармоничной форме) не только не противостоит функционализму, но также несет свою великую функцию. Сие замечательное правило будет осмыслено людьми будущей эпохи и прочно войдет в их повседневное мышление.
На самом деле гармония, как и красота предельно функциональны в высшем смысле этого термина, ибо являются носителями активной положительной информации, позитивно воздействующей на человека, его психическое, а порой- и общее физическое самочувствие. Именно поэтому эталоном функциональности является не просто удобство, а удобство, соединенное с красотой.

Permission to comment denied

Cancel call Close ()

Calling...